env_historian (env_historian) wrote,
env_historian
env_historian

Category:

"Ужас в Кокшане"

DSCN4144


"Путешественники, проезжающие по северной части Менделеевского района и сворачивающие по ошибке в сторону за Икским устьем, неожиданно для себя оказываются в удивительно мрачной местности. Дорога постепенно идет вверх, и ее все плотнее обступают дремучие удмуртские леса. Деревья в здешних местах кажутся выше обычных, а травы и заросли намного гуще. Возделанные поля встречаются редко и выглядят бедно, а старые дома, разбросанные по околице, выглядят угрюмыми и запущенными.

Из полей взору случайного путешественника открываются леса. От них исходит непонятное беспокойство; макушки елей слишком остры, чтобы выглядеть естественно; на некоторых можно видеть засохшие от ядовитых ветров ветви.

Грунтовую дорогу то и дело пересекают ручьи и глубокие лужи. Сделанные наспех деревянные мостки, перекинутые через них, не вызывают доверия. В лесных дебрях и болотах слева и справа от дороги царят вечные темень и гробовая тишина, вызывающие дрожь, особенно в вечерние сумерки, когда воют невидимые полчища козодоев и бесчисленные светлячки танцуют под кваканье жаб.

Чем ближе к Кокшану, тем плотнее к дороге подходит черный непроходимый лес: путешественник инстинктивно хочет отдалиться от него, но дорога неумолимо ведет его вперед, и за старинным прудом взору вдруг открывается деревушка, притиснутая к обмелевшей реке столетними елями.

Однако вид деревни не приносит успокоения: ветхие дома, единственный магазин и позапрошлого столетия здание с разбитыми окнами и заколоченными дверями, по неизвестным причинам никак не используемое.

Чужие редко бывают в этих местах; а когда эту местность далеко обошли все трассы и железные дороги, не стало видно и туристов, хотя пейзажи здесь не лишены известной привлекательности."


Мопед Текст не мой - это первые строки рассказа Лавкрафта "Ужас в Данвиче", где название американской деревушки заменено на Кокшан. И тем не менее описание совсем не выглядит искусственным, все как будто писано автором с натуры. Именно такие чувства вызывает визит на развалины Кокшанского завода, некогда крупнейшего в мире, а теперь оставившего после себя небольшое сельцо на сто человек с сомнительной экологией.

Субъективная необходимость написания об этой деревушке и о заводе отдельного поста обусловлена двумя обстоятельствами. Во-первых, мне предстоит работать там некоторое время в качестве руководителя этнографической экспедиции (подробности см. ниже, было бы интересно испытать возможности этнографических методов в историко-экологических исследованиях). Во-вторых, информации о нем в интернете практически нет. Если, например, о Тентелевском заводе в Петербурге (ныне "Красный химик") написано достаточно, то о Кокшанском, который по выработке некоторых веществ - и, очевидно, по степени экологической опасности - опережал своего столичного конкурента в несколько раз, знают только узкие специалисты. Одна из причин заключается, конечно, в том, что рассматриваемый завод располагался в глухой провинции. Однако тем более интересно, что продукция, произведенная в затерянной среди удмуртских лесов деревне, пользовалась большим спросом в Голландии, Германии и Франции, настолько большим, что местной плиткой была вымощена площадь перед Нотр-Дам де Пари.

Основан Кокшанский завод был в 1850 году в совершенно дикой местности, где на землях князей Ямбулатовых, знатного, но разорившегося татарского рода, чудом сохранившегося еще со времен Казанского ханства, жило три марийские семьи. Спустя 5 лет произведенный там хромпик уже был удостоен серебряной медали Департамента торговли и мануфактур, а завод получил право использования государственного герба. Дело в том, что хромпик тогда использовался для дубления кож, изготовления фотографий, спичек и множества другой продукции, но ввозился из Великобритании, где производился из ресурсов, добывавшихся у нас на Урале. Естественно, цена хромпика включала в себя огромные транспортные расходы, и любое российское производство могло бы вытеснить иностранную химическую продукцию с отечественного рынка. Препятствовали этому только низкие ввозные пошлины, в связи с чем оптимальным местом для химического завода была близкая к Уралу глушь: здесь было недалеко до сырья, топлива - леса - было за глаза, и не было поначалу недостатка в дешевой, почти бесплатной, рабочей силе в лице местного крестьянства. В свои лучшие годы Кокшанский завод выпускал 1 140 тонн хромпика ежегодно - не считая нескольких других производств, возникших там позднее. Однако годы шли, в Вятской губернии проложили железную дорогу, потребности в химической продукции возросли, и завод перестал успевать за прогрессом. В 1868 г. многие цехи были перенесены в Бондюгу (современный Менделеевск), а в 1921 г., по решению советской власти, хромовое производство со всеми рабочими перевезли в Первоуральск.

На этом завод прекратил свое существование, но будет еще долго жить в народной памяти благодаря ужасам, которые творились вокруг и внутри него с 1850 по 1921 год. Химическая промышленность отличалась от всех остальных промышленных отраслей своей особенной экологической опасностью: здесь токсичными были не только отходы производства, но и окончательный продукт, а последствия технологического процесса для здоровья людей и окружающей среды в середине XIX в. еще почти никем не изучались. Как следствие, жители соседних деревень часто жаловались, что газы, выпускавшиеся заводом, "съедали" на их полях весь урожай; отходы завода никуда не вывозились и распространяли в округе "тяжелые смрадные зловония". Ежегодно эта свалка размывалась весенним половодьем, и грязная ядовитая жижа долго стекала в протекавшую рядом реку, отравляя воду, в результате чего "мертвые рыбы плавали по поверхности целыми стадами". Доходило до того, что погибал даже домашний скот, пасшийся на берегу отравленной реки в 20-ти километрах ниже по течению.

Scan-140306-0001

Периодические издания в начале ХХ века писали, что, когда дымили заводские трубы, шедшие мимо лошади падали на колени, а их наездники - в обморок, и с ними, наездниками, приходилось долго "отваживаться молоком или водкой". Ядовитые испарения в атмосфере, по уверениям современников, чувствовались даже на значительном расстоянии от химического производства: "Если вы находитесь летом в поле версты за 3-4 от завода и если на вас подует ветер, донесет заводской дым и копоть, то вы, как непривычный человек, непременно постараетесь убраться с этого места или же вы обвяжете платком ваш нос".

Что касается заболеваемости рабочих, то медицинская администрация Вятской губернии уверяла, что она редко превышает 15%, а случаи серьезных профессиональных заболеваний вообще неизвестны. На самом же деле масштабы заболеваемости на заводе были, без преувеличения, уникальными: на хромовом производстве различными профессиональными заболеваниями болели от 90 до 100% - больше уже просто не может быть. Современники утверждали, что холщовой рубашки рабочему не хватало и на неделю, так быстро ее разъедали ядовитые испарения. Надо ли говорить, что похожим образом атмосфера цехов влияла и на дыхательную систему - большинство служащих Кокшанского завода имело отверстия в носовой перегородке разной величины: у кого-то в него могло пройти гусиное перо, у кого-то носовой хрящ был полностью изъеден витавшими в воздухе веществами.

К настоящему времени завод оставил после себя огромное кладбище с полусгнившими крестами и три террикона, хорошо заметных в Google Earth:

123

Рядом с этими кучами по-прежнему живут люди - выращивают урожай, пасут скот, пьют воду и т.д. Получается, что завод, основанный в 1850 и закрывшийся в 1921, по-прежнему продолжает свое темное дело.

Этим, собственно, и вызвано желание поехать в Кокшан и побеседовать с местными жителями на предмет экологической обстановки в их деревне. Кроме того, среди них должны были остаться потомки рабочих, которые наверняка могут поведать что-то интересное - что-то, что может быть должным образом записано и "пришито к делу". Если уж жители близлежащей Елабуги помнят времена, когда реки текли в нескольких километрах от нынешних русел, то предания о событиях столетней давности тем более должны были сохраниться. О том, чем эта затея закончится, напишу в подробностях в ближайшие дни.

Tags: XIX век, Кокшанский завод, Промышленность, химическая промышленность
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment